Костел иезуитов (Фарный)
30 сентября 2007. Автор: TiDiSi
Даты строительства: 1587—93 гг. Костел Божьего Тела — первая постройка в стиле барокко на территории Речи Посполитой.
«Поклонись храму твоему в страхе твоем» — гласит латинская надпись над входом в несвижский фарный костел. Ему более четырех столетий, и за все это время он ни разу не закрывался и не перестраивался. Костел построен в 1593 году для католического ордена иезуитов по приказанию и на средства владельца города Миколая Криштофа Радзивилла Сиротки.
Несвижский костел — своеобразный памятник роду Радзивиллов. Обращают на себя особое внимание боковые алтари. Наклонившиеся, будто падающие их колонны символизируют пошатнувшуюся веру Радзивиллов. Но колонны не упадут — их поддерживают ангелы. Так и орден иезуитов поддержал Миколая Криштофа Радзивилла Сиротку, вернув его из протестантизма в лоно католической церкви. Есть в костеле и памятник самому Радзивиллу Сиротке. На барельефе из розового камня Сиротка изображен в одежде пилигрима с посохом, широкополой шляпе за плечами. Рыцарское вооружение лежит, небрежно отброшенное, сзади. Под барельефом — длинная латинская эпитафия, которая гласит, что пред Господом никто не рыцарь, а лишь странник-пилигрим.
В другом боковом алтаре есть мраморная скульптура молодой женщины, которая сидит на крышке гроба. Это Мария, по легенде, ее похоронили заживо — в состоянии летаргического сна.
В подземелье под костелом, в крипте — родовой усыпальнице — в 78 гробах-саркофагах покоятся забальзамированные тела Радзивиллов многих поколений. Первым был здесь похоронен сам Сиротка в 1616 году. Последнее захоронение датируется 1936 годом. Существует множество легенд о покоящихся здесь людях. Каждый из саркофагов обвит проволокой, скрепленной радзивилловскими печатями. Но, видно, для призраков это не помеха…
Г. Семейко, октябрь 2003 г.
Фарный (бывший иезуитский) костел в Несвиже — архитектурный памятник раннего барокко — также построен Яном Марией Бернардони в 1584—1593 гг. Прототипом его является римский храм Иль Джезу, сооруженный в 1584 г. зодчими Виньолой и Портой. Костел был построен в комплексе с иезуитским коллегиумом (существовал до 1826 г.).
Фарный костел — трехнефная купольная базилика с одной апсидой. Средний продольный неф перекрыт цилиндрическими сводами с люнетами, боковые вефи, расчлененные на квадраты,- крестовыми сводами. Шесть массивных столбов воспринимают нагрузку стен среднего нефа.
Главный фасад костела имеет двухъярусную композицию, где хорошо выражены вертикальные ж горизонтальные членения. Первые представлены пилястрами, вторые — развитыми поясами карнизов. Обращают на себя внимание характерные для барокко криволинейные формы верхнего яруса, насыщенность фасада ордером, обилие раскреповок, сложные профилировки, ниши со скульптурами. Интерьер храма отличается торжественностью и пышностью. В его украшении больше использована живопись и резьба, чем средства архитектурной пластики. Особенно выделяется роспись подкупольного пространства, реставрированная художником Хески в 1752—1754 гг. Тогда же художником была написана и картина "Тайная вечеря" для главного алтаря костела.
Храм является родовой усыпальницей князей Радзивиллов.
Немало произведений искусства и драгоценностей попало из Несвижского замка в различные хранилища Советского Союза, в некоторые зарубежные музеи. А часть уникальных вещей навсегда утеряны для Беларуси. Во время военных событий 1812 года и Великой Отечественной войны из замка многое исчезло бесследно.
Несвиж привлекает не только дворцово – парковым комплексом. В городе много других памятников зодчества.
В 1584 году, после изгнания из города протестантов, началось строительство каменного костёла иезуитов и коллегиума иезуитов. Были основаны другие монастыри и храмы.
До костёла иезуитов в Несвиже существовал деревянный приходской костёл, построенный Николаем Немировичем… В 1553 году, не претерпело существенных изменений за 4 столетия существования. Костёл не перестраивали – лишь время от времени ремонтировали. Сегодня он прославляет талант архитектора, перенесшего искусство барокко на несвижскую землю, и огромный труд простых белорусских каменщиков.
Ян Мария Бернардони был не только автором проекта несвижского костёла, но и наблюдал за его реализацией вплоть до освящения. В проекте архитектор использовал композиционную структуру римского храма Иль Джезу трёхнеорной крестово – купольной базилики. Однако талантливый художник уловил и местную специфику монументальной архитектуры. В римской церкви фасад закрывает остальные части здания, поэтому всё внимание его создателей было направлено на разработку главного фасада.
А в Несвиже низкая городская застройка и земляной вал давали возможность воспринимать сооружение со всех сторон. Бернардони не только выделил на боковых фасадах выступающие гранёные капеллы, но и архитектурно обработал боковые и задние фасады. Его архитектурное очертание будто повторено на остальных фасадах: канители пилястр первого яруса главного фасада в виде карниза проложены по бокам. Свободно и торжественно возвышается здание, увенчанное высоким куполом со световым фонарём.
Основные барочные выразительные средства сосредоточены на главном фасаде. Он имеет центральную ось симметрии, по которой нарастает ритм ордерных элементов. Выделяются плоские пилястры, размещённые в два яруса. Бернардони смог выразить монументальность и вертикальность объёмов, характерные именно для белорусской архитектуры. В верхних нишах фасада были размещены скульптуры.
Характерно, что в XVI веке кирпичные сооружения, за исключением ниш, не имели наружной штукатурки. Возможно, что несвижский костёл был в Беларуси одним из первых зданий, фасады которого были оштукатурены и побелены. Впервые в крае были использованы также статуи святых.
Купол храма играет большую роль не только во внешнем облике, но и в интерьере, где он неожиданно выделяет светом продолговатое полутёмное помещение базилики, будто поднимая и расширяя пространство. Барабан купола поддерживается сферическими расписными парусами. Простенки между окнами на световом барабане также расписаны. Живопись сплошь покрывает и сам купол, в скуфье которого сделано отверстие. Свет, льющийся оттуда, освещает подкупольное пространство рассеянным мерцающим светом. В живописной канве важную роль играют архитектурные мотивы: ниши, разорванные карнизы и фронтоны.
Первоначальная роспись интерьеров не сохранилась. После пожара, случившегося в середине XVII века, их реставрировал О. Кригер. Дошедшие до нас фрески были написаны придворными живописцами отцом и сыном Гесскими в 1752 – 1754 годах. В 1900 году, когда был образован комитет по капитальному ремонту костёла, их творения несколько обновили. Кисти Гесского – сына принадлежит икона «Тайная вечеря», написана для главного алтаря одновременно с росписью храма.
Скульптурные обрамления ниши строго симметричны и продуманы. «Падающие» колонны и поддерживающие их ангелы будто символизируют вероотступничество Радзивиллов и их возвращение в католицизм. Эта скульптурная аллегория свидетельствует, что костёл строили специально для иезуитов в соответствии с их требованиями. Главной задачей ордена иезуитов было любыми средствами воспрепятствовать падению римско – католической церкви, пошатнувшейся под мощными ударами Реформации. Отцы – иезуиты сравнивали себя с ангелами, поддерживающими падающие колонны «здания» христианской веры.
Внутри здания Н. Сиротка поставил несколько памятников – надгробий. Один из них – мраморный бюст семнадцатилетнего сына Сиротки, умершего в Болонье. Его надгробие выполнено в стиле барокко. Ещё один памятник изображает второго сына, умершего в колыбели. Между двумя скульптурами находиться третий памятник из песчаника. По стилю его можно отнести к ренессансу: изображение плоское, рельеф неглубокий, композиция уравновешенная. На этом памятнике изображён сам Сиротка. Над барельефом – длинная эпитафия на латинском языке, составленная самим Сироткой. Все три скульптуры украшают левую сторону храма. Здесь же находиться и вход в усыпальницу Радзивиллов.
С правой стороны костёла внимание привлекают два памятника. В стороне от алтарей, рядом с деревянными исповедальнями, на стене виднеется скромная мраморная стена с портретом польского и белорусского поэта Владислава Сырокомли. Находящаяся рядом скульптура изображает женщину, сидящую в скорби на крышке гроба. Это произведение неизвестного автора представляет собой большую художественную ценность.
В костёле сохранился старинный орган, расположенный в галерее.
В полуподвальном помещении костёла, перекрытом массивным сводами, находятся захоронения самих Радзивиллов. У входа – небольшая часовенка с лепным алтарём и коваными железными решётками. Свет в усыпальницу проникает сквозь маленькие окошки с решётками. По обе стороны прохода на полу стоят в два ряда совершенно одинаковые гробы из берёзовых досок, окрашенных в тёмно – коричневый цвет. Каждый гроб перевязан железной проволокой. На узлах, где сходятся проволочные концы, находятся свинцовые пломбы с оттиском радзивилловского герба. Никаких надписей на гробах нет. Только на белой штукатурке стен у изголовья каждого гроба обычной клеевой краской написаны, чаще на латинском, имена и титулы покойных, даты их рождения и смерти.
Заканчивая далеко не полный обзор истории несвижского костёла, хочется ещё раз подчеркнуть, что его архитектурный облик свободен от излишеств барокко. Композиция строго логична, ей чужда более поздняя вычурность этого стиля.
«Поклонись храму твоему в страхе твоем» — гласит латинская надпись над входом в несвижский фарный костел. Ему более четырех столетий, и за все это время он ни разу не закрывался и не перестраивался. Костел построен в 1593 году для католического ордена иезуитов по приказанию и на средства владельца города Миколая Криштофа Радзивилла Сиротки.
Несвижский костел — своеобразный памятник роду Радзивиллов. Обращают на себя особое внимание боковые алтари. Наклонившиеся, будто падающие их колонны символизируют пошатнувшуюся веру Радзивиллов. Но колонны не упадут — их поддерживают ангелы. Так и орден иезуитов поддержал Миколая Криштофа Радзивилла Сиротку, вернув его из протестантизма в лоно католической церкви. Есть в костеле и памятник самому Радзивиллу Сиротке. На барельефе из розового камня Сиротка изображен в одежде пилигрима с посохом, широкополой шляпе за плечами. Рыцарское вооружение лежит, небрежно отброшенное, сзади. Под барельефом — длинная латинская эпитафия, которая гласит, что пред Господом никто не рыцарь, а лишь странник-пилигрим.
В другом боковом алтаре есть мраморная скульптура молодой женщины, которая сидит на крышке гроба. Это Мария, по легенде, ее похоронили заживо — в состоянии летаргического сна.
В подземелье под костелом, в крипте — родовой усыпальнице — в 78 гробах-саркофагах покоятся забальзамированные тела Радзивиллов многих поколений. Первым был здесь похоронен сам Сиротка в 1616 году. Последнее захоронение датируется 1936 годом. Существует множество легенд о покоящихся здесь людях. Каждый из саркофагов обвит проволокой, скрепленной радзивилловскими печатями. Но, видно, для призраков это не помеха…
Г. Семейко, октябрь 2003 г.
Фарный (бывший иезуитский) костел в Несвиже — архитектурный памятник раннего барокко — также построен Яном Марией Бернардони в 1584—1593 гг. Прототипом его является римский храм Иль Джезу, сооруженный в 1584 г. зодчими Виньолой и Портой. Костел был построен в комплексе с иезуитским коллегиумом (существовал до 1826 г.).
Фарный костел — трехнефная купольная базилика с одной апсидой. Средний продольный неф перекрыт цилиндрическими сводами с люнетами, боковые вефи, расчлененные на квадраты,- крестовыми сводами. Шесть массивных столбов воспринимают нагрузку стен среднего нефа.
Главный фасад костела имеет двухъярусную композицию, где хорошо выражены вертикальные ж горизонтальные членения. Первые представлены пилястрами, вторые — развитыми поясами карнизов. Обращают на себя внимание характерные для барокко криволинейные формы верхнего яруса, насыщенность фасада ордером, обилие раскреповок, сложные профилировки, ниши со скульптурами. Интерьер храма отличается торжественностью и пышностью. В его украшении больше использована живопись и резьба, чем средства архитектурной пластики. Особенно выделяется роспись подкупольного пространства, реставрированная художником Хески в 1752—1754 гг. Тогда же художником была написана и картина "Тайная вечеря" для главного алтаря костела.
Храм является родовой усыпальницей князей Радзивиллов.
Немало произведений искусства и драгоценностей попало из Несвижского замка в различные хранилища Советского Союза, в некоторые зарубежные музеи. А часть уникальных вещей навсегда утеряны для Беларуси. Во время военных событий 1812 года и Великой Отечественной войны из замка многое исчезло бесследно.
Несвиж привлекает не только дворцово – парковым комплексом. В городе много других памятников зодчества.
В 1584 году, после изгнания из города протестантов, началось строительство каменного костёла иезуитов и коллегиума иезуитов. Были основаны другие монастыри и храмы.
До костёла иезуитов в Несвиже существовал деревянный приходской костёл, построенный Николаем Немировичем… В 1553 году, не претерпело существенных изменений за 4 столетия существования. Костёл не перестраивали – лишь время от времени ремонтировали. Сегодня он прославляет талант архитектора, перенесшего искусство барокко на несвижскую землю, и огромный труд простых белорусских каменщиков.
Ян Мария Бернардони был не только автором проекта несвижского костёла, но и наблюдал за его реализацией вплоть до освящения. В проекте архитектор использовал композиционную структуру римского храма Иль Джезу трёхнеорной крестово – купольной базилики. Однако талантливый художник уловил и местную специфику монументальной архитектуры. В римской церкви фасад закрывает остальные части здания, поэтому всё внимание его создателей было направлено на разработку главного фасада.
А в Несвиже низкая городская застройка и земляной вал давали возможность воспринимать сооружение со всех сторон. Бернардони не только выделил на боковых фасадах выступающие гранёные капеллы, но и архитектурно обработал боковые и задние фасады. Его архитектурное очертание будто повторено на остальных фасадах: канители пилястр первого яруса главного фасада в виде карниза проложены по бокам. Свободно и торжественно возвышается здание, увенчанное высоким куполом со световым фонарём.
Основные барочные выразительные средства сосредоточены на главном фасаде. Он имеет центральную ось симметрии, по которой нарастает ритм ордерных элементов. Выделяются плоские пилястры, размещённые в два яруса. Бернардони смог выразить монументальность и вертикальность объёмов, характерные именно для белорусской архитектуры. В верхних нишах фасада были размещены скульптуры.
Характерно, что в XVI веке кирпичные сооружения, за исключением ниш, не имели наружной штукатурки. Возможно, что несвижский костёл был в Беларуси одним из первых зданий, фасады которого были оштукатурены и побелены. Впервые в крае были использованы также статуи святых.
Купол храма играет большую роль не только во внешнем облике, но и в интерьере, где он неожиданно выделяет светом продолговатое полутёмное помещение базилики, будто поднимая и расширяя пространство. Барабан купола поддерживается сферическими расписными парусами. Простенки между окнами на световом барабане также расписаны. Живопись сплошь покрывает и сам купол, в скуфье которого сделано отверстие. Свет, льющийся оттуда, освещает подкупольное пространство рассеянным мерцающим светом. В живописной канве важную роль играют архитектурные мотивы: ниши, разорванные карнизы и фронтоны.
Первоначальная роспись интерьеров не сохранилась. После пожара, случившегося в середине XVII века, их реставрировал О. Кригер. Дошедшие до нас фрески были написаны придворными живописцами отцом и сыном Гесскими в 1752 – 1754 годах. В 1900 году, когда был образован комитет по капитальному ремонту костёла, их творения несколько обновили. Кисти Гесского – сына принадлежит икона «Тайная вечеря», написана для главного алтаря одновременно с росписью храма.
Скульптурные обрамления ниши строго симметричны и продуманы. «Падающие» колонны и поддерживающие их ангелы будто символизируют вероотступничество Радзивиллов и их возвращение в католицизм. Эта скульптурная аллегория свидетельствует, что костёл строили специально для иезуитов в соответствии с их требованиями. Главной задачей ордена иезуитов было любыми средствами воспрепятствовать падению римско – католической церкви, пошатнувшейся под мощными ударами Реформации. Отцы – иезуиты сравнивали себя с ангелами, поддерживающими падающие колонны «здания» христианской веры.
Внутри здания Н. Сиротка поставил несколько памятников – надгробий. Один из них – мраморный бюст семнадцатилетнего сына Сиротки, умершего в Болонье. Его надгробие выполнено в стиле барокко. Ещё один памятник изображает второго сына, умершего в колыбели. Между двумя скульптурами находиться третий памятник из песчаника. По стилю его можно отнести к ренессансу: изображение плоское, рельеф неглубокий, композиция уравновешенная. На этом памятнике изображён сам Сиротка. Над барельефом – длинная эпитафия на латинском языке, составленная самим Сироткой. Все три скульптуры украшают левую сторону храма. Здесь же находиться и вход в усыпальницу Радзивиллов.
С правой стороны костёла внимание привлекают два памятника. В стороне от алтарей, рядом с деревянными исповедальнями, на стене виднеется скромная мраморная стена с портретом польского и белорусского поэта Владислава Сырокомли. Находящаяся рядом скульптура изображает женщину, сидящую в скорби на крышке гроба. Это произведение неизвестного автора представляет собой большую художественную ценность.
В костёле сохранился старинный орган, расположенный в галерее.
В полуподвальном помещении костёла, перекрытом массивным сводами, находятся захоронения самих Радзивиллов. У входа – небольшая часовенка с лепным алтарём и коваными железными решётками. Свет в усыпальницу проникает сквозь маленькие окошки с решётками. По обе стороны прохода на полу стоят в два ряда совершенно одинаковые гробы из берёзовых досок, окрашенных в тёмно – коричневый цвет. Каждый гроб перевязан железной проволокой. На узлах, где сходятся проволочные концы, находятся свинцовые пломбы с оттиском радзивилловского герба. Никаких надписей на гробах нет. Только на белой штукатурке стен у изголовья каждого гроба обычной клеевой краской написаны, чаще на латинском, имена и титулы покойных, даты их рождения и смерти.
Заканчивая далеко не полный обзор истории несвижского костёла, хочется ещё раз подчеркнуть, что его архитектурный облик свободен от излишеств барокко. Композиция строго логична, ей чужда более поздняя вычурность этого стиля.